Я выбираю
свет

Когда поезд ушёл, на станции стало слышно, как потрескивают дрова в печи. Он поставил рюкзак на скамью и проверил телефон. Ни одного срочного сообщения. Ещё вчера это показалось бы плохим знаком: будто мир обнаружил, что вполне обходится без него. Сегодня он убрал телефон и остался сидеть.

В кармане лежал ключ от отцовского дома над ущельем. Он собирался приехать на неделю: разобрать вещи, закрыть ставни, решить, что делать дальше. Такие поездки он откладывал годами. Всегда находилось дело, которое нельзя оставить, человек, которого нельзя подвести, удобное объяснение, почему собственная жизнь подождёт.

Луч солнца медленно пересёк скамью и добрался до выцветшего рюкзака. С этим рюкзаком он когда-то ушёл отсюда, обещая больше не возвращаться. Теперь расправил карту, хотя дорогу помнил. У выхода остановился — привычка требовала ещё раз всё обдумать. Он поправил лямку и вышел на свет.

На третий день приехала она — с сумкой инструментов и хлебом из нижнего посёлка. Он объяснял, почему ремонт лучше начать с точных замеров. Она уже проверяла расшатанный стул. Он раздражённо попросил не торопиться. Она положила отвёртку: «Тогда скажи, что мы делаем вместе». Вопрос оказался труднее всех расчётов.

Они чинили дверь до вечера. Он держал уровень, она подтягивала петли; потом менялись. Из комнаты вынесли сломанный шкаф, поставили стол ближе к окну. Вещи занимали новые места, и ему казалось, что исчезает последний дом, который он знал. Он сказал об этом. Она села на починенный стул и подождала, пока он договорит.

У них обоих нашлись слова, способные сделать больно. Каждый знал, какие именно. В этот раз они оставили их при себе. Под вечер дверь наконец закрылась без удара плечом, а открылась легко, одним движением. Он придержал створку, пропуская её с охапкой досок. Она коснулась щекой его щеки. Они не стали выяснять, кто первым прекратил спор.

Первый снег выпал раньше, чем они успели закончить работу. Доски у стены пришлось накрыть, тропу к источнику расчистить. Он снова начал считать всё, что могло пойти не так. Она говорила, что справятся. Раньше в этом месте непременно начался бы спор. Теперь он попросил вместе проверить запас дров, а она попросила после этого наконец поужинать.

Ближе к ночи ему захотелось уйти в дальнюю комнату и закрыть дверь. Он уже взялся за ручку, но вернулся. «Я тревожусь. Не знаю, надолго ли меня хватит». Она подвинула стул. Не стала обещать, что теперь всегда будет легко. Просто сказала, что можно устать, передумать, попросить помощи — и не исчезать при этом друг для друга.

Перед сном они зажгли лампу у окна. Со стороны перевала её было видно между соснами. Он проверил печь, она поставила у двери пару сухих тапок. На снегу уже лежали следы сегодняшних гостей. Утром появятся новые. Он смотрел на золотой прямоугольник света у порога и думал, что завтра снова придётся выбирать. На этот раз эта мысль его не пугала.